Есть основания полагать, что избиратели по-прежнему сопротивляются идее женщин-лидеров. У женщин есть наилучшие шансы на выигрыш, когда их страна готова к масштабным политическим переменам, как это было в Великобритании в 1979 году. Тэтчер, как отмечает Келлнер, получила равное количество голосов избирателей мужского и женского пола (45%) во время своей первой победы на выборах, но за консерваторов традиционно голосует больше женщин, чем мужчин. В 1974 году, когда Хит проиграл выборы, после того как поссорился с профсоюзами, женщин, оставшихся верными консерваторам, было на 7% больше, чем мужчин.

В Америке социолог Скотт Расмуссен недавно провел опрос о том, готовы ли избиратели проголосовать за женщину-президента. 78% сказали, что готовы. Однако картина изменилась, когда он спросил, считают ли они, что их друзья, семьи и коллеги поступят так же. Только 51% ответили "да". "Я думаю, что истина где-то посередине", – говорит Расмуссен.

Лагерь Хиллари Клинтон считает, что голоса женщин 18-32 лет у них в кармане, но эта демографическая группа в любом случае обычно голосует за демократов. Они будут делать погоду только в том случае, если Клинтон сможет привлечь на избирательные участки достаточно молодых женщин, которые не склонны участвовать в голосовании.

Женщины более старшего возраста – крепкий орешек, особенно в ходе выдвижения кандидата от демократической партии, считает Элизабет Бэгли. "Они не уверены, что Хиллари может победить. Так что мы собираемся с ними поработать".

Первый момент, по которому 59-летней Клинтон нужно было обозначить позицию, – это национальная безопасность. Отсюда ее голосование в сенате, одобряющее войну в Ираке, о котором она сожалеет, но не решается отречься.

Она оказалась прекрасной мишенью для комиков. В сатирической телепрограмме Saturday Night Live недавно персонаж Хиллари объяснял: "Я думаю, большинство демократов меня знают. Они понимают, что моя поддержка войны всегда была неискренней. Конечно, зная то, что мы знаем сейчас, – что можно голосовать против войны и, тем не менее, быть избранным в президенты, я бы никогда не делала вид, что ее поддерживаю".

Обожаемый левыми Джон Стюарт в Daily Show не оставил незамеченным зигзаг в ее позиции после вторжения. Ее новая политика в Ираке, саркастически заметил он, такова: "Америка, давай притормозим и спросим, куда нам ехать".

Клинтон сама спровоцировала всеобщий хохот в Айове, когда на прошлой неделе спросила: "А что в моей биографии подготовило меня к тому, чтобы иметь дело со злыми и плохими мужчинами?" Потом она неубедительно утверждала, что на самом деле не имела в виду Билла.

За несколько дней до объявления о своих президентских амбициях она была в очередной раз в Ираке и Афганистане, глубокомысленно беседуя с генералами и политическими лидерами о военной стратегии и укрепляя ипостась жесткой в вопросах безопасности "железной леди".